;
Главная Новости Российская гидроэнергия утекает сквозь пальцы
28 октября 2022

Российская гидроэнергия утекает сквозь пальцы

Стране нужны новые ГЭС, но для их строительства не хватает активной позиции государства

Российская гидроэнергетическая отрасль сегодня находится в парадоксальном положении. Страна обладает колоссальным гидроэнергетическим потенциалом, оцениваемым в более чем 800 млрд кВт-ч в год, но использует его всего на 22%, в то время как передовые в этом отношении державы задействуют 80-95% своих возможностей. Казалось бы, в условиях энергетического перехода, когда на первый план выходят возобновляемые источники энергии (ВИЭ), гидроэнергетика должна считаться приоритетом и активно развиваться, но этого не происходит. При этом и государство, и бизнес заявляют о заинтересованности в строительстве ГЭС, однако запустить новые крупные проекты что-то мешает. Участники одной из сессий «Российской энергетической недели» попытались дать ответ, почему так происходит.

Как отметил заместитель министра энергетики РФ Евгений Грабчак, гидроэнергетика важна и нужна, знания и опыт для ее развития в стране есть – но для того, чтобы запустить новые стройки, чего-то не хватает. Из его слов следовало, что гидроэнергетический бизнес, состоящий всего из двух компаний, проигрывает в конкуренции за государственное внимание и поддержку другим энергетическим отраслям.

Бизнес такая констатация не устроила. «Чем вас больше – тем громче надо кричать, и тогда получите денег? Это точно не так должно работать», – парировал руководитель энергетического бизнеса En+ Group Михаил Хардиков. На один вложенный в гидроэнергетику рубль ВВП получает 2,5 рубля, мультипликативный эффект от строительства ГЭС в разы превышает любые гипотетические краткосрочные эффекты от инвестиций в тепловую генерацию, отметил он. Государство должно активнее помогать отрасли, подчеркнул Михаил Хардиков, причем время не ждет – без практики можно потерять имеющиеся компетенции. «Строительство новых ГЭС должно учитываться в энергостратегии, – уверен он. – Призываю к тому, чтобы они вошли в стратегию наравне с тепловыми станциями, которых большинство».

Сейчас ТЭС находятся в более благоприятном положении – например, им обеспечены выгодные государственные механизмы окупаемости проектов нового строительства и модернизации. En+ Group устанавливает новое российское оборудование на своих ГЭС в рамках программы «Новая энергия» полностью на рыночных условиях, заметил Михаил Хардиков, причем за счет этого оборудования уже достигла эффекта в виде дополнительной энергии, сопоставимой с выработкой 400-мегаваттной ТЭС.

Важное преимущество ГЭС заключается в том, что это не только возобновляемая, но и чистая энергетика, которую можно использовать в целях снижения углеродного следа. En+ Group подтвердила по международной методике экологичность всех своих станций, отметил Михаил Хардиков. Это поможет En+ Group в достижении нулевого баланса парниковых выбросов к 2050 году – цели, установленной в соответствии с принципами, заложенными еще основателем компании Олегом Дерипаской. Так что ГЭС способны играть значительную роль в процессе декарбонизации.

ГЭС не требуют топлива, их плотины рассчитаны на 100 лет эксплуатации, период между заменами основного оборудования составляет до 50 лет – в масштабах десятилетий это почти что «вечный двигатель», заметил гендиректор «РусГидро» Виктор Хмарин: «Наши зарубежные коллеги ставят ГЭС на каждом ручье, даже на канализациях и мелиоративных каналах – везде, где поток достаточен для того, чтобы проворачивать турбину». Для России это оптимальный вид возобновляемой энергетики, уверен Виктор Хмарин, ведь в стране нет такой инсоляции, как в арабских странах, а устойчивые ветры характерны для мест, где мало населения и потребителей. Кроме того, гидроэлектростанции и каскады водохранилищ незаменимы в предотвращении наводнений, а эта проблематика из-за потепления климата становится все актуальнее, добавил руководитель «РусГидро».

Строительство новых ГЭС создает много положительных социальных, экономических и экологических эффектов для регионов, отметил директор Института экономики и регулирования инфраструктурных отраслей «Высшей школы экономики» Илья Долматов. Так, крупная станция мощностью 1 ГВт дает ежегодный прирост ВРП на более чем 30 млрд руб. и более 4 млрд руб. налогов в региональный бюджет, способствует занятости и повышению качества жизни. Роль ГЭС в декарбонизации пока не монетизируется, но за счет сокращения выбросов CO2 потенциальный эффект может составить порядка 5 млрд руб. Вдобавок развитие водного хозяйства, рыбоводства и других отраслей, включая туризм, в совокупности могут принести еще 300 млн руб. в год. Высокую заинтересованность в строительстве ГЭС подтвердил глава Республики Саха (Якутия) Айсен Николаев: «Страна на Восток поворачивается, соответственно, для развития промышленности на Дальнем Востоке нужна энергия, а самая дешевая и качественная на сегодняшний день энергия – это гидроэнергетика».

Нет более маневренных источников регулирования для энергосистемы, чем ГЭС и гидроаккумулирующие электростанции (ГАЭС) – за 4 минуты они достигают 100-процентной нагрузки, обратил внимание исполнительный директор ассоциации «Гидроэнергетика России» Олег Лушников. Строительство ГЭС, по его словам, – общемировой тренд: ежегодно их совокупная мощность прирастает на 20 ГВт. Это не такой стремительный рост, как у ветряных и солнечных станций, но там используются короткие деньги с быстрой отдачей, в то время как ГЭС строятся 7-10 лет, а эксплуатируются в течение 100 лет, отметил эксперт. В мире на ГЭС приходится 60% выработки всей возобновляемой генерации в мире, в России эти станции сокращают парниковые выбросы на 200 млн т, добавил он.

Объективная необходимость в развитии гидроэнергетики в России есть, констатировал председатель правления «Системного оператора Единой энергетической системы» Федор Опадчий. По консервативным прогнозам, увязанным с низкоуглеродной повесткой, текущая доля ГЭС в выработке электроэнергии в России – 20% – сохранится до 2050 года и далее, напомнил он, – но для этого при растущем потреблении будут нужны дополнительные 22 ГВт новых станций. Пока запланировано строительство восьми ГЭС и шести ГАЭС суммарной установленной мощностью 4725 МВт и 6540 МВт соответственно.

В нынешних регуляторных и рыночных условиях выполнить эти планы экономически затруднительно. Главные проблемы заключаются в больших капитальных затратах на строительство ГЭС и его длительных сроках. Нужно научиться оценивать комплексный эффект, который дают ГЭС, призвал Федор Опадчий. Он не исчерпывается выработкой электроэнергии и мощности – следует учитывать, например, отсутствие необходимости развития магистральных сетей, как в случае с ВИЭ, противопаводковый эффект, влияние ГЭС на развитие дорожной сети (плотины станций часто используются как мостовые сооружения). «Интеграция ГЭС в энергосистему в отличие от ВИЭ практически не связана с поиском дополнительных источников регулирования баланса и частоты в энергосистеме, – заметил эксперт. – ГЭС сами являются источником регулирования, и наличие ГЭС в энергосистеме позволяет достаточно эффективно вводить другие типы генерации, в частности, атомные станции и тем более ВИЭ».

«Что-то нужно делать со стоимостью капитала, потому что его привлечение на рыночных условиях не укладывается в 100-летний цикл работы станций», – добавил Федор Опадчий, отметив в этой связи возможность монетизации вклада ГЭС в снижение выбросов CO2. По его словам, в «длинных» программных документах должны появиться объекты ГЭС и под них – механизмы дешевого финансирования. В конечном счете развитие гидроэнергетики – это вопрос поиска правильной экономической модели, подчеркнул эксперт. «Роль государства крайне важна, потому что только государство может принять во внимание эффекты соседних отраслей или задачи климатической повестки», – уверен Федор Опадчий.

Источник: Независимая газета.