;
Главная Новости Принудительная консолидация ТСО не привела к росту эффективности электросетевого комплекса
9 декабря 2021

Принудительная консолидация ТСО не привела к росту эффективности электросетевого комплекса

История принудительной консолидации ТСО


  
Первая волна принудительной консолидации

История вопроса принятия неких критериев началась еще с 2012 года, и была обусловлена необходимостью регулирования микро-ТСО, владеющих одной подстанцией или одной кабельной линией – так реальным фактом являлось наличие до 2015 года статуса ТСО у индивидуального предпринимателя в Калининградской области, имевшего во владении 300 метров воздушной линии.

Я участвовал в 2012 году в обсуждении «нулевого варианта» критериев, проводимом заместителем Министра энергетики РФ Шишкиным А. В. На совещании была поднята проблема, что малые сети создают ненужную лоскутность и снижают надежность электроснабжения потребителей, актуальную в связи с тем, что не так давно имел место ледяной дождь, надолго обесточивший ряд районов Московской области.

Тогда я выступил с позицией, что введение критериев на уровне постановления правительства на самом деле не требуется, 70% сетевых организаций утратят экономический смысл своего существования, если отменить 45-й пункт 20-й методики ФСТ России. Для справки – это пункт в приказе ФСТ России от 06.08.2004 № 20-э/2, вводивший понятие тарифного и физического уровня напряжения. В настоящее время, если к подстанции 10/0,4 кВ потребитель подсоединен своей линией 0,4 кВ, то считается, что у него уровень напряжения СН2, т.е. такой же, как и у владельца подстанции, несущего затраты на её эксплуатацию и содержание персонала, имеющего допуск к работе с высоковольтным оборудованием, и, конечно, оплачивающего технологические потери в нем в объеме от 3% до 10%. Таким образом, наличие пресловутого 45-го пункта создавало предпосылки возникновения сетевых организаций на базе сетей предприятий, которые могли спокойно передать их в аренду ТСО, сняв с себя затраты на их содержание, с одной стороны, и, получив сверху еще бонус в виде арендной платы, с другой стороны.

Исключение пункта сняло бы дискриминацию между владельцами электросетевых объектов, вынужденных обеспечивать их содержание и отдавшими свои сети, попутно уменьшив рынок данных объектов на порядок и исключив питательную среду для образования новых ТСО.

Результатом проводившихся в 2012–2013 годах обсуждений стала не отмена 45-го пункта 20-й методики (это же НПА другого ФОИВ!), искать стали, где светлее, а не где потеряли. Первый проект критериев 00/03-12171/02-14/15-17-3 был опубликован 5 февраля 2014 года на Федеральном портале проектов нормативных правовых актов https://regulation.gov.ru/projects#npa=18482, в проекте указывалась необходимость наличия у ТСО хотя бы одной подстанции и одной линии электропередачи с ней связанной.

Проект получил отрицательную оценку регулирующего воздействия, однако был принят даже в чуть более жестком виде: постановлением Правительства РФ от 28.02.2015 № 184 была установлена необходимость наличия у ТСО 10 МВА трансформаторной мощности, протяженность сетей не нормировалась, просто указывалось на необходимость наличия двух уровней напряжения сетей, соединенных с трансформаторными подстанциями.

Итоги первой волны принудительной консолидации
 
Введение критериев спровоцировало в 2015 году сокращение трети сетевых организаций по стране – их количество с 2864 уменьшилось до 1906 на начало 2016 года, при этом, по некоторым регионам ЦФО сокращение сетевых составило порядка двух третей от общего количества по региону (в Москве, Брянской, Владимирской, Костромской, Смоленской и тульской областях), однако это не привело к снижению региональных тарифов. Лозунг уменьшения количества ТСО с целью заботы о тарифной нагрузке на конечного потребителя не нашел практического подтверждения, ТСО сокращались по формальному признаку наличия/отсутствия зарегистрированных долгосрочных договоров и оформленных прав на подстанции как на недвижимое имущество.

В подавляющем большинстве случаев сокращение количество ТСО не привело к снижению котловых тарифов регионов, а в ряде случаев отрицательно сказалось на доступности энергетической инфраструктуры и качестве электроснабжения. Поскольку критерии были приняты без принятия мер по подхвату со стороны МРСК сетевых объектов организаций, лишенных статуса, заключенные договора технологического присоединения по льготной категории потребителей остались в «подвисшем» состоянии из-за отсутствия компенсации затрат по их выполнению в тарифе на передачу электрической энергии. Тысячи квалифицированных сотрудников энергетической отрасли потеряли рабочие места. Электросетевые объекты остались без плановых ремонтов и без оперативно-диспетчерского обслуживания. Ряд динамичных сетевых организаций, присоединявших потребителей по фактическим затратам на строительство сетей исчезли с рынка, что «улучшило» положение «котлодержателей» и снизило количество игроков заинтересованных в развитии своих сетей в рамках технологического присоединения и способных давать выгодные предложения

Вторая волна принудительной консолидации
 
Вторая волна критериев ТСО 2016 года была более «мягкой», подняв планку протяженности сетей до 15 км и установив запрет приема в аренду сетей от лиц, осуществляющих генерацию электрической энергии на территории РФ. Несмотря на мягкость второй волны критериев, она привела к лишению статуса ТСО Ленинградской области ОАО «ОЭК» с более чем миллиардным НВВ. В дальнейшем по суду они восстановили свои права, но три года с ноября 2016 по ноябрь 2019 года были вынуждены содержать сети за свой счет и бороться за восстановление справедливости.

Получается, что под прикрытием того, что собственник сетей обязан нести «бремя содержания» своего имущества, вменяется обязанность безвозмездного оказания услуги содержания транзитных сетей, что противоречит нормам гражданского законодательства и здравому смыслу.

Новая волна принудительной консолидации
 
Не отчитавшись об экономических результатах проведения повальной чистки рядов малых сетевых компаний Правительство РФ приняло решение о планомерном ужесточении критериев ТСО.

В настоящее время в сеть просочился текст поручения Правительства РФ от 19 октября 2021 года № АН-П51-113пр, которым директивно устанавливается необходимость следующих количественных изменений к оборудованию ТСО:

  • с 2023 г. – 20 км и 15МВА;
  • с 2024 г. – 50 км и 30 МВА;
  • с 2025 г. – 100км и 60 МВА;
  • с 2026 г. – 300 км и 150 МВА.

Предлагаемые темпы роста количественных критериев ТСО относительно текущих 10 МВА присоединенной трансформаторной мощности и 15 км линий означают необходимость ежегодного удвоения количества электросетевых активов, что в практическом плане приведет к ежегодному сокращению вдвое количества сетевых организаций, экономические последствия подобной «революции» слабо прогнозируемы и негативны для обеспечения надлежащего функционирования объектов электросетевого хозяйства, выбывших ТСО из бега вокруг сокращающегося количества стульев укрупняющихся критериев.

Цели консолидации декларируемые и реальные
 
Снижение бесхоза, как одна из основных целей консолидации
  
В выступлении господина Е. Грабчака сказано, что «темпы консолидации сетей и сокращения бесхоза остаются пока неудовлетворительными». Вот только предлагаемый кратный рост требований к количеству собственного имущества у сетевых организаций приведет к обратному эффекту – взрывному росту количества необслуживаемых сетей, прием которых «под крыло» Россетей вызывает большие сомнения.

В части бесхоза можно констатировать, что у Россетей отсутствует экономическая заинтересованность в консолидации бесхозяйных и муниципальных сетей. Это происходит потому, что объем полезного отпуска от этого не возрастает, а объемы технологических потерь и затраты на содержание указанных сетей увеличиваются. Следовательно, при ограниченности роста котловых тарифов на содержание сетей принятие бесхозяйных и муниципальных сетей во владение котлодержателя приведет к необходимости урезания других ранее защищенных статей затрат или невыплаты дивидендов собственникам. При этом и те и другие варианты не вызывают оптимизма у менеджмента Россетей и акционеров.

Поэтому, когда необходимо принять в эксплуатацию бесхозяйные сети, Россети указывают, что в рамках действующего законодательства постановкой бесхозных сетей на баланс должны заниматься муниципалитеты. И это правильно с точки зрения закона. А после постановки на баланс муниципалитета у котлодержателя и гарантирующего поставщика появляются основания для предъявления к оплате потерь в указанных сетях.

Получается шах и мат в два хода – бесхоз становится бременем муниципалитета, при этом у котлодержателя отсутствуют обязательства по приему бывших бесхозяйных сетей в аренду у муниципалитетов. Законодательное отсутствие обязательств у «опорных, системообразующих» ТСО по приему у муниципалитетов поставленных ими на баланс бесхозяйных сетей является распространенным случаем судебных разбирательств с многомиллионными исками к администрациям муниципалитетов от гарантирующих поставщиков.

С другой стороны, малые сетевые организации заинтересованы в принятии бесхозяйных, муниципальных и иных сетей на свой баланс, поскольку указанные сети позволяют увеличить их необходимую валовую выручку пропорционально росту количества, принятого в аренду/собственность электросетевого оборудования. Таким образом, малые сетевые организации являются «санитарами леса», подбирающими бесхозяйные сети, сети садоводств и муниципалитетов, которые не интересны Россетям, сети в изношенном техническом состоянии, на которых десятилетиями не проводилось полноценного технического обслуживания.

В качестве яркого примера могу привести сети расположенного в пригороде Краснодара фидера 10кВ «БФ-3», кад. 23:43:0000000:17494, которые не хочет брать в эксплуатацию ни одна из «системообразующих» компаний Кубани - ни ПАО «Россети Кубань», к которой присоединены данные сети, ни АО «НЭСК-электросети», сети которой запитаны от данной сети. При этом, в фидере ежемесячно возникают существенные (миллионы рублей) потери, которые ежемесячно предъявляются муниципалитету Краснодара.

Другим ярким примером могут служить сети поселка Черноморский Северского района Краснодарского края, где на местную администрацию городка с населением 8 тысяч человек поданы судебные иски на оплату небалансовых потерь с общим объемом порядка 170 млн руб. за 3 года. При этом никто данные сети из «системообразующих» организаций Кубани не решался брать, пока не появилась малая ТСО ООО «Энергия», ставшая единственной организацией пожелавшей участвовать в торгах по принятию данных сетей в 2019 году и прервавшая практику выставления потерь администрации города. Указанная организация только к 2021 году смогла набрать необходимое количество сетей для получения статуса ТСО и в настоящий момент заканчивает полную обвязку периметра потребителей системой дистанционного учета. Таким образом городок с населением 8300 человек, от сетей которого «системообразующие» ТСО отказывались, превращается в город, где любой житель сможет с мобильного телефона просматривать данные о потреблении его ЭПУ в режиме реального времени. И внедрены эти инновации не за счет инвестиционной программы, не за счет тарифных источников, поскольку с начала года ТСО не получила ни копейки финансирования от Россетей, а за счет собственных средств от прибыли по иным видам деятельности в других регионах, поскольку заинтересована в минимизации убытков от коммерческих потерь, составлявших на момент приема сетей 49%.

Повышение эффективности, как одна из целей консолидации
 
Эффективность любой организации оценивается не ее размерами, а способностью решать задачи быстро и с минимальными затратами.

В выступлении господина Е. Грабчака прозвучало три региона, по которым в качестве примера указывались результаты применения «консолидационного» проекта изменений в действующее законодательство – это были Самарская область, Краснодарский край и Московская область. Введение новых критериев позволило бы сократить в Самарской области 54 из 57 ТСО (ликвидация 94,5% ТСО в регионе), в Московской области 54 из 64 ТСО (ликвидация 84,4% ТСО в регионе), в Краснодарском крае 46 из 53 ТСО (ликвидация 86,8% ТСО в регионе). При этом, со слов господина Е. Грабчака «необходимо отметить, что в среднем класс таких ТСО в НВВ общей по региону в тарифе на передачу составляет порядка 30%, то есть порядка 30% от общего НВВ не используется, либо используется не эффективно для поддержания состояния сетей и надежного электроснабжения».

Давайте проведем анализ на примере Московской области, упомянутой в докладе замминистра, как показательный в части предстоящего сокращения ТСО, а также поскольку указанный регион является крупнейшим в России в доле объема полезного отпуска, что делает его показательным для сравнительно анализа.

Организаций, имеющих возможность назваться «опорными» и «системообразующими» в Московской области всего две – это ПАО «Россети Московский регион» (ранее назывались ПАО «МОЭСК») и АО «Мособлэнерго» – совокупное количество электросетевых активов данных компаний по факту отчетности 2020 года составляет 457 тыс. у.е. и 311 тыс. у.е. соответственно.

НВВ указанных организаций на содержание сетей и оплату потерь составила по итогам 2020 года 56,4 млрд руб. и 18 млрд руб. соответственно. Согласованные затраты на содержание сетей (без оплаты потерь) организациям согласованы на 2020 год в размере 45,7 млрд руб. и 13,1 млрд руб. соответственно. При этом общий «котел» оказания услуг по передаче электрической энергии, согласованный на 2020 год, составил 64,5 млрд руб. Таким образом, общие затраты двух «опорных» сетевых организаций на содержание сетей составляют 58,8 млрд руб. (без оплаты потерь), что соответствует 91,1% от НВВ организаций региона.

Эти 9% НВВ на содержание прочих сетей региона существенно меньше озвученных замминистром: «в среднем, класс таких ТСО в НВВ общей по региону в тарифе на передачу составляет порядка 30%», что ставит под сомнение достоверность предоставляемой Минэнерго России информации. К тому же, оставшиеся 9% включают еще 8 организаций, которым «посчастливится» сохранить статус ТСО после применения проекта новых критериев. Вероятно, соответствующим количественным критериям отнесут ряд крупных компаний из топ рейтинга по размеру НВВ (распоряжение КЦТ МО от 20.12.2019 №456-р), включая ведомственные сети: АО «Оборонэнерго», ОАО «РЖД» и НИЦ ЦИАМ филиала ФГУП «ЦИАМ им. П.И.Баранова», а также ТСО, образованные на сетях муниципалитетов и непоглощенные АО«Мособлэнерго»: АО «МСК-энерго» (бывшая АО «Королевская электросеть»), АО «Богородские электросети» и ООО «Орехово-зуевская электросеть».

Совокупный объем НВВ на содержание сетей в 6 перечисленных ТСО составляет 3,6 млрд руб. Если сложить НВВ двух «системообразующих ТСО» Московской области с НВВ вышеперечисленных 6 средних сетевых организаций, то общий объем затрат у данных 8 соответствующих критериям ТСО составит 62,4 млрд руб., или 96,7% от общего объема НВВ на содержание сетей региона. Таким образом, 3,3% НВВ относится на оставшиеся 87,5% сетевых организаций, которые потенциально могут быть сокращены после применения количественных критериев. Это уже никак не соотносится с 30% от совокупной НВВ, приходящейся на малые ТСО, упомянутыми замминистром.

Интересно было бы увидеть экономические выкладки, послужившие основанием для соответствующих заявлений, а пока достоверность обоснований сокращения ТСО вызывает сильные сомнения.

Проведем экспресс-анализ экономической эффективности деятельности подмосковных ТСО – существенными оцениваемыми параметрами, указывающими на эффективность использования электросетевых активов, являются: процент технологических потерь в сетях, операционные затраты и полные затраты на содержание одной условной единицы сетей.

Для примера, сравним данные показатели у ПАО «Россети МР» и АО «Мособлэнерго» с малыми ТСО, однозначно попадающими под сокращение при внедрении анонсированных количественных критериях. В качестве примера можно взять ООО «Казанская энергетическая компания» в Московской области (ООО «КЭК» в МО), обладающая 1,5 тыс. у.е., что в 512 раз меньше совокупного количества электросетей у двух ранее упомянутых «системообразующих» организаций.

Для ПАО «Россети Московский регион» и АО «Мособлэнерго» фактические потери в 2020 году составили 8,34% и 12,52%, соответственно. Для ООО «КЭК» в МО – 4,63%. При этом, в ООО «КЭК» в МО структура сетей обеспечивает доставку электроэнергии от ФСК, генерации и уровня ВН подстанций смежных субъектов до уровня НН в ВРУ-0,4кВ распредустройств конечных потребителей. Во многом данная эффективность достигнута за счет 100% внедрения интеллектуального учета электроэнергии, позволившего выявить и ликвидировать очаги возникновения коммерческих потерь. Получается, малая ТСО может быть эффективней до 3 раз в отношении потерь и цифровизациии, чем «опорные» ТСО и может в отношении потерь и интеллектуального учета уже сейчас сделать то, на что Россети планируют потратить еще не один миллиард рублей?

Годовые операционные затраты на содержание одной условной единицы электросети у ПАО «Россети Московский регион» по раскрываем данным 34,19 тыс. руб., у АО «Мособлэнерго» 23,2 тыс. руб., а у малых ТСО ООО «КЭК» в МО – 11,9 тыс. руб., у ООО «КЭС» 9,9 тыс. руб. Получается, малые ТСО могут быть в 2-3 раза эффективнее в части операционных затрат, чем «опорные» ТСО? А что произойдёт при вынужденной передаче их сетей в Россети, если будут приняты количественные критерии, о которых так горячо ратует Минэнерго России – смогут ли принявшие сети «консолидаторы» эксплуатировать сети так же эффективно, как предыдущий владелец? Может наоборот, системообразующие организации консолидировать под малую ТСО, что научит их работать в условиях жесткого дефицита тарифных источников и научит принимать оптимальные по затратам и конечному эффекту решения, а в целом для региона позволит вдвое снизить потери на эксплуатацию?

Реальные цели принудительной консолидации ТСО

Кто заинтересован в ужесточении критериев ТСО? Конечно, выгодоприобретатели не могут отсутствовать – «высвободившаяся» после исключения малых ТСО валовая выручка перейдет на компенсацию планово-убыточных «системообразующих компаний».

Искусственное увеличение количественных критериев ТСО несет исключительно экономический смыл для Россетей. Принятая в электроэнергетике «котловая схема расчетов» подразумевает под собой объединение расходов всех сетевых организаций с последующим разделением по уровням напряжения для расчета единых котловых тарифов. Федеральное ограничение в предельных уровнях роста тарифов приводит к борьбе между сетевыми организациями за долю котлового НВВ в каждом из регионов. Устранив конкурентов из котла с помощью искусственно введенных количественных критериев Россети обеспечивают рост своего НВВ даже в отсутствии каких-либо действий. Первая волна критериев 2015 года наглядно показала, что исключение более 1 тыс. ТСО России (более 30%) на снижение тарифов не повлияло, поскольку котловое НВВ перераспределилось на оставшихся ТСО в регионе. Но многие потребители лишились обслуживающих внешние сети организаций, включая многоквартирные дома, СНТ и сети малых муниципалитетов (включая ранее упомянутый пгт. Черноморский Краснодарского края).

Есть и другой экономический стимул принятия «критериев Хамурапи» – согласно разработанного ФАС России и опубликованного 15.11.2021 проекта постановления Правительства РФ 01/01/11-21/00122470 (https://regulation.gov.ru/projects#npa=122470) о расчетной предпринимательской прибыли, Правительство планирует с 2022 года ввести возможность получения гарантированной 5% предпринимательской прибыли по виду деятельности передача электрической энергии. При этом законопроект не предусматривает рост уровней предельных тарифов на передачу электроэнергии по регионам, что автоматически подразумевает необходимость исключения из «котла» региона части сетевых организаций и перераспределения их выручки оставшимся организациям.

Таким образом, малые ТСО могут стать агнцем на алтаре расчетной предпринимательской прибыли «системообразующих» сетевых организаций.

Преимущественные условия хозяйствования
 
По сути, то, что сейчас Минэнерго России называет консолидацией, является устранением конкурентов с использованием нормотворческих возможностей федерального органа власти. Как показывает практика первой волны критериев – лишившиеся статуса ТСО не консолидировались Россетями. Заявленные красивые лозунги по устранению «лоскутности» сетей не достигнуты, а оперативность обслуживания сетей только ухудшена, поскольку исчезло оперативное взаимодействие и диспетчерская связь с потерявшими источник тарифного финансирования сетями.

Лоббирование со стороны Минэнерго России интересов одной конкретной организации вызывает удивление. Например, имеется информация, что при подготовке информации о нарушениях в отчетностях по показателям надежности и качества сетевые организации, входящие в группу Россети исключались из реестра.

При этом существующая методика Минэнерго России оценки надежности и качества совершенно не отражает фактическое состояние дел и требует кардинальной переработки с усилением межсетевого взаимоконтроля. Фактически сейчас формирование отчетов по надежности – это тест на наличие грамотного специалиста в организации, способного нарисовать какой нужно отчет, при полном отсутствии возможности перекрестной сверки передаваемых данных со смежными субъектами.

По сути, существующая методика оценки параметров надежности и качества является измерением средней температуры по больнице, на основании данных, предоставляемых сторожем. Указанная методика является по большому счету имитацией выполнения поручения по формированию методики оценки надежности и качества, как таковой, не связана с физическим и математическим (вероятностным) определением надежности электроснабжения как функции от вероятности обеспечения непрерывного электроснабжения конечных потребителей с течением времени. Указанная методика пока используется как инструмент отрезать несколько процентов от НВВ сетевой организации тем ТСО, которые не смогли посадить за заполнение отчета грамотного сказочника, но в перспективе вполне может стать рабочим инструментом для устранения малых ТСО за неумение грамотно заполнять отчеты.

Отдельного внимания заслуживает феерический полет мысли с внедрением «оценки риска деятельности ТСО», характеризующий готовность ТСО к отопительному сезону. Казалось бы, какое имеют отношение к отопительному сезону сетевые организации, не имеющие проблем с завозом топлива, порывом труб и других неприятных вещей, происходящих зимой? Оказываются что даже если не имеют отношения напрямую, то в принципе же могут иметь – а значит надо оценить степень риска нарушения ими их деятельности по передаче. Именно так по каким-то неким неизвестным признакам Минэнерго России предлагает оценивать РИСКИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ТСО с последующим лишением статуса ТСО на основании трех месяцев подряд отнесения территориальной сетевой организации к высокому риску нарушения функционирования принадлежащих ей объектов электросетевого хозяйства. Предлагается это в рамках продвижения проекта НПА 02/07/06-21/00116809 (https://regulation.gov.ru/projects#npa=116809).

Интересно то, что «решение» должно быть сформировано на основании методики оценки риска, которая еще даже не придумана. Как можно проводить оценку регулирующего воздействия внедрения нормативно-правового акта, если он предлагает в качестве инструмента оценки на законодательном уровне использование еще даже не существующей методики оценки рисков – не понятно.

Но на этом, конечно, законотворческий полет мысли коллег из Минэнерго России не заканчивается и они формируют параллельно еще третий проект постановления, касающийся изменения критериев ТСО – 02/07/03-21/00114510 (https://regulation.gov.ru/projects#npa=114510), в котором предлагается дать полномочия оперативным штабам по обеспечению безопасности электроснабжения, на приятие решения по соответствию или не соответствию ТСО критериям, на основе «данных ежемесячного мониторинга готовности сетевых организаций к выполнению аварийно-восстановительной деятельности в части сбора, обработки, анализа и обмена информацией об объеме, номенклатуре и местах размещения аварийного запаса оборудования и материалов, создаваемого в соответствии с требованиями Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей, о составе парка специализированной автомобильной техники и резервных источников электроснабжения».

То есть штаб на основании своего внутреннего понимания: какой должен быть аварийный запас, где храниться, и какая у ТСО должна быть спец техника, без соотнесения с тем, что сетевой организацией согласовано в тарифном решении региональной комиссией, сможет принимать решение о соответствии или не соответствии оранизации статусу ТСО. Таким образом предлагается ввести аналоги «троек НКВД», уполномоченных на свое усмотрение решать, что не так с готовностью к отражению возможного обледенения, затопления, иного бедствия или технической аварии. Опять же, без методик определения этих оценок и современных методик нормирования аварийного запаса и передвижных электростанций для обеспечения электроэнергией в случае форс-мажора. И, конечно же, без обязательности учета плановых затрат на формирование данных запасов и техники в НВВ малых сетевых организаций при установлении тарифов. Отмечу, что данный проект НПА уже успел получить отрицательную оценку регулирующего воздействия, но остановит ли это норматворцев из Минэнерго России?

Альтернативные варианты решения проблем

В качестве либеральных, нереволюционных альтернативных количественным критериям вариантов решения проблем котловом регулировании между участниками деятельности по оказанию услуг по передаче электрической энергии можно было бы предложить: введение эталонов и саморегулирования в электросетевом комплексе, а также дерегулирование непрофильных участников с обеспечением им нормативно регламентируемых объемов на содержание сетей, используемых для обеспечения транзита электроэнергии субабонентам.

Эталоны

Не секрет что затраты на эксплуатацию одной трансформаторной подстанции у различных сетевых организаций в тарифных решениях региональных органов исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов могут отличаться в несколько раз, при этом зачастую это обусловлено способностью конкретной сетевой организации отстаивать заявляемые ей затраты. Иными словами, тарифное регулирование превращается в конкурс на лучшего юриста&экономиста.

Вместе с тем внедрение эталонного регулирования может уравнять в правах на равные затраты в части эксплуатации аналогичных объектов малые и крупные сетевые организации. В настоящее время малые ТСО зачастую недофинансируются на содержание собственных сетей. Хотя есть малые ТСО с весьма высокими показателями. Этим малым «элитным» ТСО с «разогнанным» тарифом в случае введения эталонного регулирования придется начать жить существенно скромнее.

Таким образом эталонное регулирование поможет снизить тарифы для ТСО с исторически завышенными затратами и повысит тарифы для ТСО исторически недофинансируемым НВВ, что уровняет в праве на равное финансирование при оказании аналогичных услуг по передаче электрической энергии конечным потребителям. В качестве примера можно привести потребителей Краснодарского края и Ростовской области, где практически нет зимы, но тарифы на передачу электроэнергии за киловатт час в два раза выше, чем в Московской области.

Эталонное регулирование при корректном применении снизит котловые тарифы по «перегретым» регионам, и местным ТСО придется начать более эффективно работать, беря пример с более эффективных ТСО, а эффективным ТСО даст экономический бонус на осуществление текущей деятельности и выведет из долговой ямы недофинансирования, – в конечном счете выиграет конечный потребитель.

Саморегулирование
 
В части урегулирования технической составляющей проблематики сетевой деятельности по обеспечению надежности, качества и стандартов обслуживания предлагаем рассмотреть альтернативный количественным критериям подход, позволяющий обеспечить эффективный контроль за деятельностью сетевых организаций, вывод с рынка неэффективных и ненадежных ТСО, которые не в состоянии обеспечить качественное прохождение ОЗП и поддержание надежного и стабильного энергоснабжения потребителя, а именно – введение в отношении организаций оказывающих услуги по передаче электрической энергии обязательного участия в системе саморегулируемых организаций по виду электросетевой деятельности.

Введение института обязательного саморегулирования сетевых организаций позволит обеспечить малым и эффективным сетевым организациям стабильную деятельность и исключит негативные последствия ликвидации сложившихся профессиональных коллективов в случае лишения организации статуса ТСО по количественным критериям.

Хочется верить, что в либеральном и демократическом обществе, к которому мы желаем и стремимся относиться, приоритетной формой регулирующего воздействия будет не уменьшение числа организаций по количественным критериям, а введение финансовой ответственности за возможное нарушение требований стандартов профессиональной деятельности. Наказание рублем – самый прозрачный стимул для внедрения корректировок в процесс повседневной деятельности сетевой организации, что прекрасно показало использование инструментов антимонопольного контроля в деятельности по технологическому присоединению к электросетям.

Предупреждения и дисквалификация руководителей от исполнения обязанностей в данной сфере деятельности и дисквалификация организаций должны являться крайней мерой воздействия и проводиться не из-за несоответствия количественному признаку протяженности и мощности объектов электросетевого хозяйства. Даже существующие критерии с отсутствием возможности компенсации затрат на содержание сетей при наличии обязательств на обеспечение свободного перетока электроэнергии субабоненту, в совокупности с практически невозможным практическим применением порядка компенсации технологических потерь в связи с наличием присоединённых к сетям не-ТСО субабонентам, иложенного в текущей редакции Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии.

Дерегулирование для непрофильных игроков
  
Исторически сложилось, что ряд ТСО имеют данный статус сетевых организаций поневоле, являясь крупными предприятиями, от которых исторически присоединены субабоненты. В регулировании данные сети условно называются «ТСО-завод». Одним из таких известных межрегиональных ТСО является АО «РЖД», примерами региональных «ТСО-завод» в Московской области являются ПАО «РКК «Энергия», ФКП «ГкНИИПАС», ФКП «НИЦ РКП», АО «ЛИИ им. Н.П. Громова».

«ТСО-завод» являются «реликтами» советской эпохи, многие из них потеряли статус ТСО с введением первой волны критериев 2015 года, не получив взамен каких-либо иных законных способов компенсации затрат на содержание, используемых для транзита субабонентам сетей, кроме как отдать свои сети «дяде». При этом зачастую «ТСО-завод» не могут отказаться от своих сетей и/или передать их в аренду, поскольку это приведет к существенному росту тарифа для их основной экономической деятельности. Так для организации присоединенной кабелями 10 кВ к питающему центру 110/10кВ передача сети в стороннюю ТСО приведет к удорожанию тарифного уровня напряжения в точке присоединения – с тарифного уровня напряжения ВН организация перейдет на тарифный уровень СН2, что удорожает стоимость киловатт-часа практически на 1 рубль.

Для таких ТСО целесообразно было бы законодательно ввести дерегулирование с компенсацией от котлодержателя экономических затрат на содержание электросетей в доле перетока субабонентам. Пути дерегулирования могли бы быть разными – от компенсации прямых понесенных затрат на содержание сетей, либо компенсации неких эталонированных затрат на единицу электросетевого имущества, до компенсации затрат в виде прямой разницы в стоимости услуг по передаче в точке приема и точке отпуска из сети. Дерегулирование указанных ТСО позволило бы снизать количество регулируемых организаций и нагрузку на Регулятора с одной стороны, а с другой стороны снизило бы затраты указанных организаций на тарифных специалистов, обеспечив прозрачный уровень расчета затрат по компенсации на содержание внутренних сетей в части полезного отпуска субабонентам.

Это альтернативное решение позволило бы сократить некоторое количество непрофильных ТСО по региону и сохранить при этом у собственников предприятий возможность получения компенсации на содержание своих сетей.

Напомню, что до 2002 года правилами пользования электрической и тепловой энергией, утверждёнными приказом Минэнерго СССР от 06.12.1981 № 310, допускалась возможность абонента выступать в качестве энергоснабжающей организации в отношении присоединенных к нему субабонентов. Возможно, стоит извлечь положительные моменты из прошлого для построения модели тарифного регулирования будущего, чтобы не заниматься охотой на ведьм и раскулачиванием, а сформировать в диалоге с участниками рынка решение, учитывающее баланс интересов всех обеспечивающих передачу электрической энергии сторон, а не только крупнейших игроков, имеющих возможность влиять на процесс нормативной деятельности ФОИВ.

Даниэль Дмитриев – исполнительный директор ООО «Казанская энергетическая компания».

Источник: Teplovichok Today.