Главная События в мире На стадии «ветромониторинга»: догонит ли Татарстан Ульяновскую область?
14 февраля 2018, 11:02

На стадии «ветромониторинга»: догонит ли Татарстан Ульяновскую область?

Минпромторг Татарстана накануне заказал тендер на 23 млн рублей тому, кто может провести в республике «ветромониторинг» — основополагающий этап при создании системы ветроэлектростанций. Как выяснил «БИЗНЕС Online», Татарстану есть смысл рискнуть: «банкет» проводится на деньги всех российских потребителей электроэнергии. При этом стоит поторопиться — квоты на ветроэнергетику могут заполучить и другие регионы, а в стране наметился лидер: в Ульяновске первые ветряки уже достраивают.

  Площадки под строительство ветряных электростанций будут искать в Камско-Устьинском, Спасском и Рыбно-Слободском районах РТФото: ©Михаил Воскресенский, РИА «Новости»

ЧУБАЙС РЕКОМЕНДУЕТ

1 ноября минпромторг Татарстана заказал проведение ветромониторинга, следует из информации на сайте госзакупок. Начальная цена контракта — 23,3 млн рублей, которые выделят из бюджета РТ. Площадки под строительство ВЭС будут искать в Камско-Устьинском, Спасском и Рыбно-Слободском районах РТ. Там установят метеомачты для ветроизмерений. На них уйдет не менее 12 месяцев, а в целом на работы по ветромониторингу отводится 18 месяцев со дня заключения контракта.

Подрядчик должен выполнить предварительную оценку ветроэнергетического потенциала местности, собрав и проанализировав многолетние метеоданные. При этом площадки не должны быть близко к жилым домам — их должен разделять минимум 1 км, а также к аэродромам — здесь требуется дистанция в 30 километров. Скорость ветра на высоте 100 м должна быть не менее 7 метров в секунду. Отмечается, что предпочтительны площадки с ровным рельефом, имеющие доступ к хорошим дорогам, связанным с объектами водной транспортировки.

 

О ветроэнергетике в Татарстане поговаривают давно, а в стратегии развития ТЭК РТ до 2030 года (принята в 2015 году) указано, что можно рассмотреть целесообразность строительства в республике 50 ветроэлектростанций (ВЭС). 14 ВЭС (одна станция состоит из нескольких ветроустановок) прогнозировались в Альметьевском районе, 9 — в Бугульминском, 9 — в Зеленодольском, 10 — в Тетюшском, 8 — в Верхнеуслонском. Отмечалось, что наибольшим промышленным ветропотенциалом обладают Альметьевский (73,8 млн кВт*ч), Бугульминский (59,4 млн кВт*ч), Зеленодольский (59,1 млн кВт*ч), Тетюшский (57,0 млн кВт*ч), Верхнеуслонский (50,4 млн кВт*ч) районы.

В январе 2017 года кабмин РТ создал рабочую группу по проработке вопроса. А в июле  президент РТ Рустам Минниханов после  встречи с главой «Роснано» Анатолием Чубайсом рассказал о проведении исследований в области ветроэнергетики. Тогда Чубайс настоятельно рекомендовал правительству РТ обратить внимание на ветроэнергетику, которая, по его словам, набирает обороты в стране. «Это сфера с по-настоящему масштабными инвестициями», — завлекал шеф «Роснано». А министр промышленности и торговли РТ Альберт Каримов тогда отметил, что проект позволит загрузить мощности машиностроительных предприятий республики, на которых может быть размещен заказ по выпуску ветрогенерирующих установок.

ЗА ЧЕЙ СЧЕТ ВЕТЕР?

И Чубайс не особо преувеличивает — во всяком случае, по части оборотов. В России наблюдается если не бум «зеленой генерации», то большой интерес к теме. Но связан он исключительно с тем, что с 2015 года государство, несмотря на сопротивление большой энергетики, включило возобновляемые источники электроэнергии в программу ДПМ (договора на предоставление мощности). Договоры для возобновляемой энергетики гарантируют возмещение в течение 15 лет затрат — их оплатят потребители на оптовом рынке. Квоты на ВИЭ (возобновляемые источники энергии) распределяются через ежегодный конкурс на несколько лет вперед. За систему поддержки череззеленые ДПМ придется заплатить: надбавка к цене промышленного потребителя составит 0,5–6,1%.

Самый крупный компонент программы развития ВИЭ с использованием механизма ДПМ — ветровая энергетика. Из целевого объема примерно 5,5 ГВт мощностей, которые планируют запустить в России по этой схеме до 2024 года, на нее приходится 60%, то есть 3,4 тыс. МВт, остальное — солнце и малая гидроэнергетика. В мировых масштабах 3,4 ГВт — мизер. Только в 2016-м в мире было введено ветряных электростанций на 50 ГВт, всего же на них ежегодно производится 450 гигаватт. 30% мощностей приходится на Китай, 18% — на США, 10% — на Германию. Последняя покрывает за счет ветроэнергетики 16% потребностей в электроэнергии, Китай — 1,3%.

Минпромторг РТ заказал проведение ветромониторинга: подрядчик должен выполнить предварительную оценку ветроэнергетического потенциала местности, собрав и проанализировав многолетние метеоданныеФото: ©Игорь Агеенко, РИА «Новости» Минпромторг РТ заказал проведение ветромониторинга: подрядчик должен выполнить предварительную оценку ветроэнергетического потенциала местности, собрав и проанализировав многолетние метеоданныеФото: ©Игорь Агеенко, РИА «Новости»

Средняя стоимость крупной ветровой станции (по оценкам российских экспертов) — $1 тыс. на 1 КВт установленной мощности, что сопоставимо со стоимостью строительства автономной газотурбинной электростанции «под ключ». Но сюда не включаются затраты на интеграцию с энергосистемами и создание мощностей по аккумуляции энергии. Себестоимость одного киловатта ветра — 5–6 евроцентов, или 2,3 рубля. Это самая эффективная цена, которой смогли добиться владельцы крупных ветропарков, например в США. Срок эксплуатации одной турбины — не менее 25 лет. Для сравнения: стоимость энергии гидроэлектростанции в России — менее 1 рубля за киловатт. Поэтому пока на большинстве рынков ветровая энергия неконкурентоспособна — она живет за счет льготных тарифов. Тем не менее затраты в альтернативной энергетике снижаются как за счет удешевления стоимости оборудования и обслуживания, так и благодаря отсутствию привязки к ценам на топливо. Поэтому Германия в 2017 году взамен ранее существовавшего в стране «зеленого тарифа» перешла на систему аукционов — конкурентные торги, на которых производители энергии из возобновляемых источников соревнуются за право развивать свои проекты, предлагая наименьшую цену за киловатт-час. Внедрение данного механизма означает переход от государственного регулирования к рынку. Реалии функционирования российского и западных рынков электроэнергетики в достаточной степени отличаются, поэтому в России затраты решили через механизм ДПМ переложить на всех потребителей. Согласно условиям контрактов ДПМ ВИЭ инвестору в течение 15 лет после ввода генерирующего объекта в эксплуатацию возмещаются капитальные и операционные затраты и гарантируется доходность в размере 12% годовых. В контексте постоянно изменяющейся рыночной конъюнктуры, а также роста цен на топливо (в том числе и на газ) возможность заключения контракта с заранее фиксированными параметрами является существенным аргументом при принятии решения о реализации таких проектов.

Серьезное движение по ВИЭ в России началось только в прошлом году, с приходом новых серьезных игроков. Так, «Росатом» решил построить порядка 610 МВт мощностей ВИЭ. Еще один «крупняк» — подразделение энергетической компании «Фортум» «Фортум Энергия». Оно получило квоты на строительство мощностей на 1,4 гигаватт. «Фортум» и «Роснано» создали инвестиционный фонд развития ветроэнергетики, который будет инвестировать в строительство ветропарков, локализацию производства ветроустановок, а также в венчурные ВИЭ-проекты. В планах партнеров — запуск в ближайшие 5 лет 26 ветропарков. Обе компании намерены вложить в эти проекты 30 млрд рублей, а суммарные инвестиции могут достичь 100 миллиардов. При этом сами ветроустановки — иностранные, хотя производство и предполагается локализовать в России. В процессе конкурса величина предельных капитальных затрат на сооружение станций была сильно снижена (в основном иностранными компаниями), примерно на 30%, и по ряду объектов вышла на среднемировой уровень, примерно 85,6 тыс. рублей за 1 кВт установленной мощности.

 Квота в 236 МВт досталась Ульяновску по праву: он сумел заинтересовать «Фортум», в частности, прекрасно решив все оргвопросы, включая выделение земли и ветроизмерения. Фото: rawi.ru

РОДИНА ИЛЬИЧА — СТОЛИЦА ВЕТРОЭНЕРГЕТИКИ

Для размещения ветропарков выбрано 5 регионов: Краснодарский и Ставропольский край, Ростовская и Ульяновская области, а также Татарстан. Отметим, что если РТ выделен «лимит» в 100 МВт, то ульяновцам — 236 мегаватт. Ожидается, что в соседней области построят 7 ветропарков. Первый, с 14 ветрогенераторами, сдадут к концу этого года. А к 1 декабря 2020-го первые два ветропарка должны начать поставку электроэнергии. Словом, в гонке за лидерство в ветроэнергетике безоговорочно лидирует Ульяновская область. А 22 сентября на заседании президиума Госсовета Чубайс назвал Ульяновск столицей российской ветроэнергетики. Подчеркнув, что она в ближайшие годы будет активно развиваться, он отметил, что Ульяновск создал в этой области очень сильный задел: начал создание первого в России оптового ветропарка, открыл в Ульяновском государственном техническом университете кафедру «Ветроэнергетические системы и комплексы», а также готовится изготавливать лопасти для ветряков.

Упомянутая квота в 236 МВт досталась Ульяновску по праву: он сумел заинтересовать «Фортум», в частности, прекрасно решив все оргвопросы, включая выделение земли и ветроизмерения. В результате до конца года «Фортум» завершит строительство первого ветропарка (мощность — 35 МВт, стоимость – 65 млн евро). В районе села Красный Яр заработают 14 ветроэнергетических установок (высота — 88 м, диаметр «вентилятора» — 54 м) — их монтаж заканчивается на днях. Почему именно там? Важнейшая характеристика, определяющая энергетическую ценность ветра, — его средняя годовая скорость. В районе Красного Яра она составляет 6,5–7,5 метров в секунду, это хороший показатель. Ветрогенератор начинает вырабатывать электроэнергию при 3 м/с и отключается при превышении 25 метров в секунду. Максимальная мощность достигается при 15 метров в секунду.

Ветряки — китайские, от DongfangElectricWindCompanyLimited («Восточный ветер»). Отметим, что китайские турбины DF2.5MW-110 успешно эксплуатируются в шведскомветропаркеBlaikenWind. А вообще, по условиям программы ДПМ, необходимое условие — локализация производства значительной части оборудования в России. Поэтому Ульяновская область подписала первое в России соглашение о производстве компонентов для ветростанций. Партнер — датская компания VestasWindSystems A/S. Она намерена вложить в проект 1 млрд рублей. Предприятие заработает в 2019 году, уровень локализации планируется довести до 65%. По словам ульяновского губернатора Сергея Морозова, к 2024 году 30% всего энергопотребления Ульяновской области будет обеспечиваться за счет ветра.

Как видим, ульяновский ветроэнергетический кластер формируется на всех парах. В Татарстане пока только объявлен конкурс на ветроизмерения. Как сообщили «БИЗНЕС Online» в министерстве промышленности и торговли РТ, чтобы определить районы для размещения ветростанций, Минпромторг, ОАО «Сетевая компания», филиал АО «СО ЕЭС» РДУ Татарстана и ФГБУ «Управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды РТ» проанализировали метеорологические данные и информацию о состоянии электросетевого комплекса.

Также минпромторгом РТ создана рабочая группа по локализации производства ветроэнергетического оборудования. Есть подвижки и по кадровым вопросам. В 2017 году в КГЭУ открыта кафедра «Возобновляемые источники энергии», там будут обучать по профилю «Проектирование и эксплуатация энергоустановок на возобновляемых источниках энергии». Уже набрана первая группа магистров. И все перечисленное — только начало. Далее потребуются согласование введения новых мощностей с «Сетевой компанией», локализация производства ветряков, подготовка кадров, решение проблем с эмиссией ветроэнергетики в электросеть, разработка нормативной базы для малой распределенной генерации и так далее. Но как бы то ни было, двигаться в этом направлении надо — квота ведь выделена, в противном случае ее могут отдать другому региону.

 «Ветроскептики» утверждают, что ветряная энергетика Татарстану не нужна, но такие решения актуальны в локальных точках, куда трудно доставлять топливныйресурс. Фото: pravdapfo.ru

ДОЛОЙ СТЕРЕОТИПЫ

«Ветроскептики» утверждают, что ветряная энергетика Татарстану не нужна — дескать, дешевой такая энергия никогда не будет, она всегда в несколько раз дороже выработки на тепловой станции. Но, признают они, такие решения актуальны в локальных точках, куда трудно доставлять топливный ресурс.

Как рассказали «БИЗНЕС Online» в Минпромторге РТ, стереотип об убыточности возобновляемой энергетики весьма распространен и связан он с недостаточной информированностью о развитии мировой ветроэнергетики. «Если вы обратите внимание на обзоры, публикуемые ведущими западными экспертными организациями, то сможете отследить тенденцию постоянного сокращения стоимости энергии, производимой из возобновляемых источников энергии», — отметили в министерстве. Так, согласно отчету международной некоммерческой ассоциации REN21, наземные ветростанции — одни из самых конкурентоспособных источников энергии. Средняя приведенная стоимость  электроэнергии, производимой такими станциями, в 2015 году составила 6 центов за кВт*ч (меньше, чем стоимость солнечной и геотермальной энергии — 8 центов). Средневзвешенные инвестиционные затраты на строительство наземных ветропарков с 1983 по 2015 год сократились с $4 766 за кВт до $1 550 за кВт (более чем в три раза). Затраты в альтернативной энергетике снижаются как за счет удешевления стоимости оборудования и обслуживания, так и благодаря отсутствию привязки к ценам на топливо, отметили в министерстве.

Также противникам «ветра» можно возразить, что факт остается фактом — федеральная программа ДПМ запущена, и за эксперименты по возобновляемой энергии придется платить всем россиянам. В таком случае почему бы не «потренироваться на кошечках», то есть на ветряках, за федеральный счет? Ульяновцы это явно просчитали. И Татарстану в рамках общемировой тенденции можно создать ветроэнергетику. В общем, необходимо двигаться навстречу неизбежной новой эре с ее «зеленой энергетикой».


Материал подготовлен: «БИЗНЕС Online»